Сергей Устюгов: "Перед скиатлоном в Кэнморе я пришел к своему боксу и увидел там палки Сундбю"

Профайлы и интервью: Сергей Устюгов: Перед скиатлоном в Кэнморе я пришел к своему боксу и увидел там палки Сундбю

12 марта в Кэнморе (Канада) завершился финал Кубка мира по лыжным гонкам – многодневка «Ски Тур». По итогам восьми гонок победителем стал норвежец Мартин Йонсруд Сундбю. Россиянин Сергей Устюгов, лидировавший в общем зачете «Тура» на протяжении семи гонок, финишировал вторым. Победу в общем зачете Сундбю вырвал у Устюгова лишь в заключительной гонке преследования на 15 км. Тройку призеров «Тура» замкнул норвежец Петтер Нортуг. Итог «Ски Тура» и всего сезона Сергей Устюгов подвел специальному корреспонденту Агентства спортивной информации «Весь спорт» Андрею Каща.

— Сейчас есть маленькое опустошение в связи с тем, что сезон подошел к концу, — признался Сергей Устюгов. – Но я рад, что все закончилось.

— Сейчас больше радости от того, что попали на пьедестал «Тура Канады», о котором, наверное, даже и не мечтали – или разочарования, что не сумели удержать лидерство?
— На самом деле, я доволен своим вторым местом. Откровенно говоря, был бы доволен и третьим, если бы так сложилось. Я боролся с Мартином Йонсрудом Сундбю и Петтером Нортугом – королями лыжных гонок последних пяти-десяти лет. Я дал им бой. И я очень рад, что они даже немного побаивались меня.

— Показалось, что вчерашняя заключительная гонка преследования на 15 км классическим стилем многим лыжникам, включая вас, далась сложнее, чем финальный подъем «Тур де Ски» в гору Альп Чермис.
— Согласен. Гонка получилась очень тяжелой. Был мягкий, некатучий снег. На финише было видно, что для многих этот этап «Тура» дался очень тяжело. Лично для меня все последние старты в Кэнморе вышли непростыми. Я не знал, как завести себя, как настроиться. Опустошение пришло задолго до финальной гонки.

— В решающей гонке преследовании Сундбю удалось сократить 40-секундное отставание от вас буквально за первые 4 км. Не пытались зацепиться за него?
— Я был в шоке, когда они с Петтером догнали меня уже после первого круга 3,75 км. Я подумал, что у меня просто не едут лыжи. Но, на самом деле, лыжи работали хорошо. Особенно это было заметно на спусках, на которых я отъезжал от Нортуга. Когда мы поравнялись с Сундбю, я попробовал подержать его темп, но понял, что сегодня мне ловить против него нечего. Нужно было отстаивать вторую позицию в борьбе с Нортугом.

— Давайте вернемся к началу «Тура Канады». Показалось, что трассы в Гатино, Монреале и Квебеке были подготовлены не лучим образом. 
-  В Монреале мы бежали масс-старт на 17,5 км классичсеким стилем. Там трасса была разбитой и мягкой. Что-то наподобие того, как вчера в гонке преследования в Кэнморе. Но в Монреале лыжи работали очень хорошо. Снег был быстрым. Хотя сама подготовка трассы, действительно, оказалась не лучшей.

— С какими-то сложностями пришлось столкнуться из-за переезда с «равнинных» Гатино, Монреаля и Квебека в среднегорье Кэнмора?
— В Кэнморе первым стартом был классический спринт. Я не знаю, как мне удалось выиграть квалификацию. Было очень тяжело. Когда побежал четвертьфинальный забег, я понял, что сегодня не готов бороться за финал. Потом поговорил со своими тренерами – Рето Бургермайстером и Изабель Кнауте. Они сказали, что рассчитывали на мое попадание в полуфинал. Так в итоге и получилось. Также они сказали, что в следующих гонках будет полегче. И уже спустя сутки в скиатлоне на 30 км я чувствовал себя прекрасно. Видимо, на спринте я хорошо проработался, поэтому скиатлон бежал хорошо. Хотя эту гонку я очень боялся. В декабре на этапе Кубка мира в Лиллехаммере (Норвегия) я в скиатлоне финишировал в конце третьего десятка, почти с трехминутным проигрышем Сундбю. Однако в Кэнморе мне удалось заехать вторым.

— Так получилось, что по ходу «Тура» вам пришлось практически в одиночку бороться с пятью-шестью норвежцами. Каково это?
— Я хочу рассказать об одном эпизоде. Перед скиатлоном в Кэнморе я пришел к своему боксу, где должна была лежать моя пара коньковых лыж и палок. И что я увидел там? А увидел я там палки Сундбю. Может быть, он хотел таким образом показать мне, чтобы я успокоился и он займёт моё лидерское место?!

— Как вы отреагировали на это?
— Я просто взял его палки и переложил их в ещё пустой бокс Петтера Нортуга. Когда я возвращался от своего бокса, Мартин попался мне навстречу. Он ехидно улыбнулся. Затем я ещё столкнулся и с Нортугом. Потом я стоял и наблюдал со стороны за ними. Петтер Нортуг подходит к своему боксу и не может понять, что за палки у него там лежат. Стоял долго. Смотрел. Потом подошел Мартин. Забрал палки. Они что-то пообсуждали, поулыбались и разошлись. Мне показалось, что это, всё-таки, был некий элемент давления.

— А что за скандал случился в Квебеке, когда в четвертьфинале спринта вы едва не сцепились лыжами с чемпионом мира и Олимпийских игр Ула-Вигеном Хаттестадом, а после финиша стукнули его в лоб?
— Мы вместе бежали четвертьфинальный забег. В какой-то момент я оказался между Ула-Вигеном Хаттестадом и еще одним норвежцем, Эйриком Брандсдалем. Когда я начал включаться, Брандсдаль что-то крикнул Хаттестаду. Он сразу же стал смещаться в мою сторону, перекрывая путь. Если бы этих криков не было, можно было бы сказать, что я был в тот момент неправ. Но когда всё это было сделано умышленно…

— Говорят, Хаттестад шибко осерчал на вас за послефинишный инцидент.
— Ну, и пусть серчает. Это же лыжный спорт.

— После этого вы с ним не разговаривали?
— Мы зашли с ним в палатку, где переодевались. Моим поведением были недовольны многие норвежцы. Но и я тоже был на взводе после той ситуации на лыжне. Мне пришлось очень сильно сдерживать себя, чтобы не ударить его, когда он начал разводить руками и что-то кричать мне.

— Наверное, в тот момент, да и вообще на протяжении всего «Тура» вашим преимуществом было незнание английского языка.
— Может, так оно и есть (улыбается).

— Какая из двух многодневок далась тяжелее – январский «Тур де Ски», где вы стали третьим, или «Тур Канады»?
— «Тур Канады». Потому что к «Тур де Ски» мы специально подводились, знали, что будет. А в Канаду, если говорить откровенно, у меня не было никакого желания ехать. В этом сезоне было как никогда много стартов. И пройти две многодневки – очень сложно. Кстати, впереди меня ждет еще один «тур» – чемпионат России в Тюмени. Но там, может, побегу только отдельные гонки.

— Какие?
— Перед «Туром Канады» я говорил, что хотел бы пробежать скиатлон, индивидуальный и командный спринты, большую эстафету. Хотел еще пробежать 1 апреля 50-километровый масс-старт свободным стилем. Но буквально на следующий день в родном Ханты-Мансийске пройдет «Югорский лыжный марафон» – те же 50 км свободным стилем с масс-старта. Пропускать его нельзя. Если вернуться к чемпионату России, после возвращения из Канады я окончательно определюсь, какие гонки побегу в Тюмени.

— Перед «Туром Канады» был стратегически важный этап Кубка мира в финском Лахти, где в следующем году пройдет чемпионат мира. Но вы этот этап пропустили. Не переживаете?
— Нет, всё в порядке. Если Изабель с Рето сказали, что нужно пропустить – значит, так нужно. По моему результату в Канаде мы видим, что это было не зря.

— В общем зачете Кубка мира вы заняли высокое четвертое место, в дистанционном зачете Кубка мира – пятое, в спринтерском – шестое. Довольны?
— Скажу честно: от этого сезона я ожидал максимум два-три подиума. Так что, сейчас я, конечно, рад своему выступлению в Кубке мира. Но что  получилось – оно здесь, в этом сезоне, и останется.

— Почувствовали изменение в отношении к себе после успехов в нынешнем сезоне?
— Да! Сейчас ко мне приковано очень много внимания. Соперники стали здороваться. Кто-то хлопает по плечу, кто-то говорит приободряющие слова. Это приятно.

— Хотите продолжить работу с Рето Бургермайстером и Изабель Кнауте в будущем сезоне?
— Да, хочу! Но нам нужно посидеть, поговорить, кое-что обсудить. Потому что никто не чувствует спортсмена так хорошо, как сам спортсмен. Нужно, чтобы они маленько прислушивались к тому, что говорю я. Думаю, мы найдем компромисс. 

Источник
/// Openski.ru

Комментарии1

молоток Серый! Теперь ЧМ…